УРБАНИСТИЧЕСКИЕ ИСТОКИ ДЕМОКРАТИИ И ЛИБЕРАЛИЗМА

Аватар пользователя Горнова Галина

Рассматриваются идеи, оказавшие влияние на становление демократического общественного устройства. Показывается неразрывная связь этих идей и ценностных представлений с городской культурой.

Философской основой демократии и либерализма является совокупность устойчивых представлений о свободе личности и социальном равенстве. Универсальные ценности демократии и либерализма генетически связаны с урбанистическими процессами.

На формирование демократического общественного устройства оказывали влияние многие факторы: это и идея общественного договора, идея естественного равенства людей, уважение к автономии личности и невмешательство в сферу ее частной жизни, охрана государством частной собственности, конкурентное равноправие в предпринимательской деятельности и ряд других моментов. Одной из предпосылок появления этих идей, ценностей и концепций в жизни человека и общества является город. Город оказывается той структурой общественного бытия, которая выступает социально-онтологическим основанием вышеперечисленных идей.

Возникший в пятом веке до нашей эры термин «демократия» обозначал государственное и политическое устройство Афин, то есть можно зафиксировать, что понятие демократии исходно связано с городом-государством. В античности полис мыслился как особая социальная реальность, предоставляющая гражданину возможность благой, добродетельной жизни, а также возможность реализовать его личностные и социальные качества. Универсалистский подход к пониманию отношения между человеком и городом-государством был обоснован в «Государстве» и «Законах» Платона, в «Политике» Аристотеля. В рамках этого подхода полис выступал Единым, целым, Благом, при этом воплощением целого в идеальном государстве оказывался город. При ответе на вопрос о должном соотношении города и государства Платон приходил к выводу, что в идеальном государстве воплощением целого должен быть город, так как далекое от совершенства государство на деле не является единым, а совмещает в себе множество государств [1, с. 145].

Аристотель определял человека как существо политическое, а гражданина как индивида, обладающего совокупностью гражданских прав. Естественно, что всю полноту прав имели только свободные граждане, рожденные в этом городе, имеющие надел земли и выполняющие свои обязательства перед полисом. В «Политике» Аристотель отмечает, что город необходим для развития и совершенствования человеческой природы, так как человек вне полиса – это либо Бог, либо зверь. Как субъект нравственных добродетелей индивид может существовать только как полисный (политический) субъект. Ж.-Ж. Руссо считал, что общая воля как единство волеизъявления граждан могла возникнуть только в античном городе-государстве или же в его родном городе – Женеве, в чем-то продолжившим полисные традиции, так как в этих городах существовала непосредственная демократия, а осуществление индивидами политических прав, основывалось на патриотизме и отражало врожденные ценности граждан [2].

Х. Ортега-и-Гассет по этому поводу выразил мнение, что древние философы были ограничены некоторой парадигмой понимания общества и государства: им необходим был некий материальный объект, в котором единство принимало бы форму зримого соприкосновения, соседства и этой формой был город [3, с. 240].

Логика социальных процессов приводила к тому, что в городе вырабатывались определенные правила поведения, необходимые для сосуществования большого количества непохожих друг на друга людей. Сосуществование больших групп людей – процесс сложный и противоречивый. Для того чтобы он был безопасным и взаимовыгодным в ходе развития цивилизации вырабатывались нормы, правила, этикет, законы, регулирующие различные виды взаимоотношений, взаимодействий и обменов. С течением времени город все больше и больше осмысливался как правовое пространство, в котором человек находился под защитой городских стен, где невозможно вооруженное насилие, а возникающие проблемы разрешаются при помощи разума.

Возрастающая гетерогенность городского социального бытия приводила к тому, что в жизни общества складывались и входили в повседневную жизнь новые специфические свойства и черты, которые вызывали изменения в обществе, культуре и человеке. Такой специфической городской чертой выступала свобода. Как ценность свобода вошла в массовое сознание уже в средневековом городе. В средние века сложилась антиномия города и деревни, что нашло свое отражение в разных экономических укладах, в специфике городского и деревенского образа жизни, в непохожести культурных ценностей. Однако основным отличием городского образа жизни от деревенского стала свобода в разных формах ее репрезентации. Личная свобода была представлена персональной независимостью горожан, которую подкрепляло иммунитетное городское право с его основной формулой: «городской воздух делает свободным».  Социальная свобода достигалась встраиваемостью индивида в сложную общественную структуру города, экономическая свобода становилась возможной вследствие развития денежного хозяйства, новые грани духовно-религиозной свободы открывались благодаря восприятию города как более привилегированного места спасения.

В средневековом городе в повседневную жизнь горожан проникали идеи демократизма, так как в основе западноевропейской средневековой городской общины лежало соглашение формально равных между собой лиц. Представление о равных социально-политических и морально-нравственных правах людей лежали в основе устройства городской коммуны. Эти идеи не всегда находили свое воплощение в реальности, но в моменты кризисов были востребованы горожанами. Социально-политическая система западноевропейского средневекового города характеризовалась выборностью должностей муниципального управления. Хотя, конечно, круг людей, имевших доступ к власти, был достаточно ограниченным. Безусловно, бюргерство состояло из разных слоев населения, но и богатые, и бедные жители города выполняли по отношению к общине определенные обязательства: платили налоги, были ответственны за городскую собственность, защищали город от внешних врагов.

В Новое время с развитием производства, товарно-денежных отношений, коммуникаций изменилась социальная структурированность города, и большее значение стало придаваться материальным интересам людей, повседневной жизни человека и ее комфорту. Частная собственность, «дух предпринимательства», стремление получить законную прибыль, выполняя профессиональную деятельность, лежат в основе мещанских добродетелей буржуа-горожанина, и для него важно, чтобы его коммерческая деятельность была защищена законами общества и были обеспечены права на равные конкурентные условия деятельности. При этом государственная власть, осознаваемая справедливой, обеспечивая безопасность отдельного гражданина и общества в целом, не должна была вмешиваться в частную, семейную и деловую жизнь человека.

В исследованиях городской культуры уже устоявшимся стало мнение, что для нормального функционирования города надо, чтобы большинство его жителей были горожанами, как минимум, в третьем поколении. В Европе городское население традиционно имеет несколько поколений городских предков. Городская жизнь в России в отличие от большинства западноевропейских городов, сложившихся еще в средневековье, имеет свою историческую специфику.

В истории России можно выделить, как минимум, два периода (отмена крепостного права и индустриализация), когда происходило вынужденное или насильственное переселение сельских жителей в город. В результате этого процесса на какое-то время вчерашние крестьяне оказались в численном превосходстве над коренными горожанами. А. Г. Вишневский отмечает, что «переселение сельского жителя в город – классический пример маргинализации человека, источник множества синдромов социальной дезадаптации. А здесь маргинализировались целые поколения, десятки миллионов людей. … Столкновение городской и сельской культур оказалось трагичным для обеих» [4, с. 23]. Особенности российской истории вызывали затруднения при формировании городского самосознания. Отсюда многочисленные высказывания на тему отсутствия в России городской цивилизации. Специфика истории российской городской культуры до сих пор влияет на процессы становления демократии и либерализма в России.

Исследователь петербургского текста русской культуры М. С. Уваров вспоминал, как во время его юности прохожий-иностранец задал ему вопрос, где находится исторический средневековый центр Ленинграда. И он в замешательстве, будучи коренным питерцем, не смог ответить ничего другого, кроме как: «Не знаю» [5, с. 123]. Вопрос был вполне традиционным для европейца – их великие города основывались в средневековье. А Петербург – великий, самый европейский город России, основан немногим более трехсот лет назад. Западная Европа еще в XII–XIII вв. была поставлена в такие условия, в которых городским жителям приходилось самим решать проблемы муниципальной власти, устанавливать основы выборности, участвовать в конфликтах с имперской и церковной властью. Именно в средние века горожане учились ценить те городские свободы, которые доставались им нелегко, и принимать ответственность за воплощение их в повседневной городской жизни. У России не было такого периода «средневековой демократии», возможно, именно этим можно объяснить ряд объективных трудностей, возникающих в процессе становления демократической системы управления в России.

Надо обратить внимание и на еще один аспект рассматриваемой проблемы: в современном обществе свобода и равенство воспринимаются как безусловно позитивные ценности, а осознание того, что зачастую свобода и равенство противоречат друг другу отходит на второй план: равенство ограничивает свободу, а свобода, в свою очередь, нарушает равенство. Главной ценностью либерализма является индивидуальная свобода, а демократии – равенство прав, принцип равноправия.

В настоящее время существуют два основных подхода к рассмотрению соотношения демократии и либерализма. В первом, более распространенном, подходе идеи демократизма и либерализма практически отождествляются. А во втором подходе подчеркивается различное основание идей и ценностей.

Х. Ортега-и-Гассет замечал, что нам свойственно идеализировать античную полисную демократию, поскольку она ближе всего к нашему общественному и государственному устройству. Но при этом мы не принимаем во внимание феномен растворения отдельной личности в коллективной общности полиса и распространяем наши современные либеральные воззрения на жизнь в античном городе, так как в нашем сознании смешались демократизм и либерализм. Испанский философ подчеркивает, что демократия и либерализм представляют собой два ответа на два совершенно различных вопроса.

Демократия отвечает на вопрос: «Кто должен осуществлять политическую власть?» И правильным ответом будет следующий: осуществление политической власти должно возлагаться на гражданское общество, то есть все граждане вправе решать общественные дела. Но в этом вопросе нет и речи о границе политической власти. Либерализм отвечает на совершенно другой вопрос: «Каковы должны быть границы любой политической власти?» И соответственно этому вопросу ответ будет звучать так: политическая власть не должна быть неограниченной и любое вмешательство государства должно останавливаться в тех пределах, где начинаются права личности, то есть либерализм стремится ограничить права государства в пользу прав отдельной личности [6, с. 226].

Таким образом, анализируя проблему соотношения либеральных, демократических, консервативных ценностей, исследуя становление демократической системы управления в современном обществе, надо при теоретическом рассуждении удерживать в мышлении различные аспекты соотношения идей свободы и социального равенства, демократии и либерализма, не упрощая их, а также прояснять социально-онтологические основания формирования этих идей, одним из которых, безусловно, является город, городская культура, урбанистические процессы.

 1. Платон. Государство // Платон. Соч.в 3-х т. М.: «Мысль», 1971. Т. 3. Ч. 1. C. 89 – 455.

2. Общая воля //Политика. Толковый словарь /Д. Андерхилл, С. Барретт, П. Бернелл, П. Бернем, и др. Общая редакция: д.э.н. Осадчая И.М. М.: Инфра-М, Изд-во «Весь Мир». 2001. /https://dic.academic.ru/dic.nsf/politology/3921/%D0%9E%D0%91%D0%A9%D0%90%D0%AF (дата обращения 15.09.2017).
3. Ортега-и-Гассет Х. В гуще грозы //Иностранная литература. 1998. № 3. С. 235–250.

4. Вишневский А. Г. На полпути к городскому обществу // Человек. М., 1992. №1. С. 12–25.

5. Уваров М. С. Город. Метапоэзия жизни и смерти в ландшафтах петербургской культуры // Дружба народов. М., 1996. № 6. С. 122–137.

6. Ортега-и-Гассет Х. Эссе об Испании // Иностранная литература. 1993. №4. С. 203–235.

 

Ссылка для цитирования:

Горнова Г.В. Урбанистические истоки демократии и либерализма // Вестник Омского государственного педагогического университета. Гуманитарные исследования. 2017. № 4 (17). C. 12-14.  // http://omsk.edu/volume/download/4_(17)_2017.pdf

Комментарии

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
АНТИСПАМ
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
X
Вы можете войти с зарегистрированным именем пользователя или вашим e-mail адресом.
Пароль чувствителен к регистру.
Загрузка